Зачем Герасим утопил Муму

На бис.



В советской школе изучали все что угодно, но только не сюжеты литературных произведений. Мне самому из школы смутно вспоминаются всякие «образы» - Герасима, барыни, даже Муму - но ни одной не хоть бы попытки объяснить, как и почему случилось то, о чем, собственно, весь рассказ Тургенева. Всё что угодно, но не сюжет.
Мой пытливый френд допросил в детстве с пристрастием аж шесть разных учительниц – но ни одна не смогла ответить ему на простой вроде бы вопрос. Очевидно, не потому, что они хотели скрыть правду от въедливого школьника; по всей видимости, они САМИ НЕ ЗНАЛИ. Их этому не учили в их педвузах, а самим подумать над ответом – не догадались. А зачем? Такого вопроса ведь нет в программе.
Хотя он есть даже в дворовой песне – из тех, что школьники сами поют друг другу в подворотнях. Помните – на мотив из «Генералы песчаных карьеров»:

Зачем Герасим утопил Муму,
Зачем, зачем? И почему?
Уж лучше я бы сам пошел ко дну…
Зачем Герасим утопил Муму?

Присутствие аж в школьном фольклоре – серьезный индикатор. Хулиганы-двоечники, порой не знающие / не помнящие из школьной программы практически ничего, тоже реагируют на этот вопрос – значит, они его по крайней мере понимают! Даже в их девственной памяти Муму за что-то цепляется! Разбередил Тургенев, сам того не желая, детские неокрепшие души, ничего не скажешь…
Что ж, давайте попробуем ответить на вопрос. Лучше, как говорится, поздно, чем никогда.

Был ли это бунт?
Прежде всего, сюжет. Я вот, грешным делом, только что перечитал «Муму» - наверно, впервые с 5 класса. Думал, что придется насиловать себя – ан нет. Читается на диво легко, и такая великолепная проза, что… эх, но я отвлекся. Итак, сюжет в самом кратком виде. Герасим – от рождения глухонемой дворник у старой, вздорной, доживающей последние годы московской барыни, чей «день, нерадостный и ненастный, давно прошел; но и вечер был чернее ночи» (блин, мы в пятом классе не понимали, как красиво Тургенев излагает; а ведь лучший стилист в русской классике!). Герасим в минуту самого черного отчаяния завел себе собачку… (Кстати, а какой породы была Муму, кто знает? Думаю, никто, но вот всезнающая Вики сообщает, что Муму была спаниелем). Глухонемой дворник полюбил Муму всей душой, но вздорная барыня однажды приказывает от Муму избавиться. Первый раз ее похищают и продают, но Муму перегрызает веревку и возвращается к безутешному Герасиму. Второй раз Муму уже приказывают убить, Герасим сам берется выполнить это поручение. Он топит собаку в Москва-реке, а потом самовольно уходит со двора в свою деревню (не так уж далеко от Москвы, 35 верст). Барыня вскоре умирает, за «побег» Герасима никак не наказывают.

Описания собаки у Тургенева дико трогательны. Читатель, а уж особенно пятиклассник, безоговорочно верит, что Герасим видит в ней единственного друга и любит по-настоящему, да и Муму обожает своего дворника. Зачем, чего ради он ее убивает?? Если он все равно в итоге сбежал – зачем??

На самом деле поступок Герасима взрывает одну из ключевых мифологем, лежащих в основе советского, не побоюсь этого слова, мировоззрения: о бунте как источнике справедливости. Ведь чему учили советских пионеров с октябрятского возраста? Надо, дескать, чтобы угнетенные восстали против эксплуататоров – и тут-то все противоречия разрешатся, наступит ЩАСТЬЕ. А Тургенев вдруг говорит – нет, нифига. Личный бунт не стирает программы повиновения. Можно сбросить иго эксплуататоров – и продолжать при этом выполнять их же приказы.

Кстати, туда же, в эту копилку – Катерина из «Грозы» Островского (тоже школьная программа). Катерина убивает, правда, не Муму, а себя – но и тут впору спросить «зачем?»; это ведь тоже бунт – что и подметил Добролюбов и из-за чего обозвал Катерину «лучом света в темном царстве». Если Герасим решил взбунтоваться против барыни – почему он не берет с собой любимую собаку? Если Катерина решила взбунтоваться против своего окружения – почему она убивает себя? Что же это за бунт такой – который не освобождает??

Вопрос для советской действительности вовсе не праздный; его можно было бы задать «пролетариям», которые, если верить тем же советским источникам, дружно восстали в 17-м году против «эксплуатации и ига капитала» - однако уже начиная с конца 20-х и долгие десятилетия после стали работать на заводах при таких нормах эксплуатации, которые царской России начала века и не снились: за пайку, при полном запрете забастовок, с постоянно понижаемыми расценками, с драконовскими наказаниями за опоздания, ненормированном рабочем дне и запрете менять работу по собственному желанию…
Это один ответ.

Источник и продолжение:https://sapojnik.livejournal.com/3182967.html?utm_source=nc&utm_medium=interesting